+7(499)-938-42-58 Москва
+7(800)-333-37-98 Горячая линия

Ик для бывших сотрудников правоохранительных органов

Колонии для бывших сотрудников правоохранительных органов список

Ик для бывших сотрудников правоохранительных органов

После постройки 22 колонии в том же поселке, туда «выселили» всех иностранцев, и колония номер 5 приобрела полномерный статус «красной зоны».

Для бывших сотрудников правоохранительных органов предусмотрены такие же варианты тюремных режимов, как и для других осужденных: колонии-поселения, колонии общего режима, колонии строго режима.

Поселения

В них содержатся осужденные за преступления, совершенные по неосторожности, преступления легкой и средней тяжести, совершенные умышленно, а также осужденные, переведенные из исправительных учреждений других режимов в качестве смягчения наказания, на основании пунктов «в» и «г» второй части, статьи 78 Уголовно-Исполнительного кодекса Российской Федерации.

При соответствующем разрешении от администрации заключенные могут передвигаться вне территории колонии без охраны. Также им разрешено жить вместе со своими семьями, как на территории колонии, так и вне её границ.

С учетом того, что значительная часть «джамаатов» – это члены незаконных вооруженных формирований их пособники, привлеченные к ответственности по особо тяжким статьям УК РФ (ст. ст. 205, 208, 209), двери оборудованы ограничителями в виде толстых цепей, не позволяющих полностью их открыть.

В некоторых СИЗО авторитет старшего среди мусульман («эмира») настолько велик, что «смотрящим» за централом является он, а не представитель воровского сообщества (например, СИЗО № 1 г. Нальчик КРБ). Смотрящим за этим изолятором в 2014 году был активный участник вооружённого нападения ваххабитов 13 — 14 октября 2005 года на силовые структуры в городе Нальчике.

При этапировании члена «джамаата» в колонию, связь с остальными «братьями» продолжает поддерживаться посредством телефонной связи. По прибытии в ИК происходит его вливание в новую общину.

Смысл карантина в «акклиматизации» – новому заключенному нужно привыкнуть к общему устрою жизни на зоне.

Более детально об исправительных колониях особого режима читайте тут.

Чего придерживаются БСМВД?

В помещениях, где проживают заключенные нет авторитетов или смотрящих, однако бывают случаи, когда роль старшего по «хате» или бараку может исполнять заключенный, находящийся в нем дольше других и способный контролировать порядок, разрешать споры и т.д.

«Смотрящий» в бараке отвечает за создание графика уборки помещений, решает в какой очередности заключенные будут принимать пищу и т.д. Его авторитет формируется из моральных и волевых качеств, вне зависимости от прежних званий или статьи, по которой он отбывает наказание. К мнению «смотрящего» прислушиваются, однако оно не является беспрекословным.

Распределение на касты, как это принято на обычных зонах, в колониях для БСМВД не предусмотрено, однако и здесь имеется категория заключенных, отношение к которым менее уважительное, чем к другим.

Важно

Попадание в списки «исправляющихся» повышает вероятность УДО. Так как контроль порядка осуществляется негласно, то и предусмотренных официальных льгот для таких осужденных не существует. Следование воровским правилам В «красных» зонах не принято жить по воровским законам и следовать иерархии, признанной в преступном мире.

«Черные» зоны следуют всем воровским правилам и постулатам.

Подробнее об основных отличиях исправительных учреждений между собой читайте тут.

3 самые известные колонии для БСМВД

  • Исправительная колония номер 13. Расположена в городе Нижнем Тагиле, Свердловской области.

Расположена в городе Скопине, Рязанской области. Она примечательна тем, что сперва снискала известность, как лечебно-трудовой профилакторий для наркоманов и алкоголиков.

Колонии поселения для бывших сотрудников правоохранительных органов список

Тарасиковым посетил ФКУ ИК № 3 УФСИН России по Рязанской области.

В ИК работает 188 человек, а также 102 человека — в хозобслуге. Средне дневная заработная плата работающих осужденных 330 руб.

На момент посещения учреждения в нем содержалось 779 человек. Колонии поселения для бывших сотрудников правоохранительных органов список? Опрошенные осужденные обратили внимание на то, что Скопинский районный суд Рязанской области отказывает в УДО по мотивам: большой срок не отбытого наказания, успехи осужденного в труде не является доказательством его исправления.

Колония для бывших сотрудников правоохранительных органов список

Известна зона тем, что, по одной из версий, тут отбывал наказание юный Шакирьян Мухамедьянов, в феврале 1943 года закрывший грудью амбразуру немецкого дзота, известный теперь всем как Герой Советского Союза Александр Матросов, в колонии даже памятник ему установили.

Ментовские зоны

Очень важным аспектом является то, что оперативный отдел в БСных колониях располагает обширными возможностями по получению информации через разветвленную агентурную сеть, созданную из осужденных.

Наличие подобных масштабов агентурного аппарата привело к поголовному стукачеству.

Здесь нельзя ничего говорить даже людям, с которыми близко общаешься, поскольку они могут донести информацию до оперсостава ФСИН.

Это может быть и информация по уголовному делу, например, по ранее неизвестным следствию эпизодам, которую могут использовать во вред осужденному.

При этапировании члена «джамаата в колонию, связь с остальными «братьями продолжает поддерживаться посредством телефонной связи.

На этом отличия в их питании от остальных зеков заканчиваются.

Некоторые осужденные за денежное вознаграждение сотруднику поликлиники получают статус «ВИЧ» для того, чтобы получать дополнительный паёк. Все ВИЧ-инфицированные находятся на строгом учете в т.н. «нарядке», где осужденные, выполняющие обязанности сотрудников ИК, вносят эти сведения в компьютерную базу данных и в верхней части личной карточки делают надпись красной пастой – «ВИЧ».

ВИЧ-инфицированные содержатся вместе со всеми в жилых помещениях отрядов, пользуются той же многоразовой посудой в столовой, что и остальные. Об их статусе другим осужденным не известно.

Ряду заключенных врачом местной поликлиники дается разрешение не присутствовать на утренней и вечерней проверке.
Аналогичные разрешения могут даваться заболевшим гриппом или ОРВИ, вместе с освобождением от работ. Однако остальные режимные мероприятия, предусмотренные УИК, обязаны посещать все категории заключенных.

За нарушения распорядка заключенный переводится в условия строгие, при которых накладывается ряд ограничений на возможность работать, зарабатывать, вести переписку и т.д.

Строгого

В них содержатся осуждённые, приговорённые к лишению свободы за совершение особо тяжких преступлений, а также осужденные при рецидиве преступлений, если ранее они отбывали наказание в исправительных учреждениях.

В таких колониях осужденные живут в камерах, у них ограниченные возможности для свидания, переписки и пр. За самые малейшие нарушения распорядка для осужденных предусмотрены виды взысканий – ШИЗО, карцеры.

Особого

Колоний для бывших сотрудников правоохранительных органов с таким режимом не существует.

Приезд и карантинизация

По приезду к территории колонии, заключенные проходят через КПП, где проводится поверка по именам специальным конвоем во главе с начальником по воспитательной работе. Затем заключенных помещают в карантин на две недели.

Федеральная служба исполнения наказаний (ФСИН) рассматривает вопрос о том, чтобы в 2019 году перепрофилировать колонии общего и строгого режима, где раньше отбывали наказание гражданские, под специализированные учреждения, в которых будут содержаться бывшие сотрудники правоохранительных органов.

Замглавы ФСИН Валерий Максименко заявил, что в России​ резко возросло число осуждённых за различные преступления сотрудников правоохранительных органов, и все специализированные колонии испытывают проблемы с местами для них.

— Количество колоний для простых людей, которые не связаны с правоохранительными органами, сокращается и сокращено значительно. Но резко увеличивается количество колоний для бывших сотрудников. В этом году мы две открыли, и они уже заполнены. Надо открывать больше, — отмечает генерал-майор Максименко.

Согласно статистике тюремного ведомства, если в 2012 году в колониях содержалось около одного миллиона осуждённых, то на 1 ноября 2018 года — всего 472 тысячи.

— Получается, что за шесть лет количество заключённых в России снизилось более чем в два раза, — сказал Валерий Максименко.

За приготовление пищи отвечают тюремные повара, дежурные по лагерю перед подачей снимают пробу.

  • На завтрак предусмотрены различные каши, яйцо и запеканки. Из напитков подаются кофе или крепкий чай.
  • Обед состоит из трех блюд: различных супов, говядины или свинины с гарниром и салата.
  • Ужин включает в себя: рыбу с гарниром или пельмени, фрукты и напиток.

Кроме того, на территории исправительной колонии работает магазин, в котором продаются продукты питания и первой необходимости, однако стоимость их обычно выше розничной в два-три раза. Осуществлять покупки можно на средства, заработанные в процессе труда, или полученные от родственников посредством перевода на личный счёт, который имеется у каждого заключенного.

В среде заключенных имеют место быть так называемые «семейки», маленькие группы по 2-3 человека, объединяющиеся для организации питания вне стен столовой.

Отсидел и снова пошел работать в свое управление. Он, оказывается, просто был неудобным человеком для какого-то другого начальника.

В подавляющем большинстве это бывшие милицейские работники низового звена, многие из которых ничего путного еще в этой жизни и не видели.

В колонии-поселении трудоустроены все — работают на строительных объектах, пилораме, небольшом заводике железобетонных изделий, на лесозаготовке, в подсобном хозяйстве.

В других ИК наслышаны о колонии-поселении при «тринадцатой», просятся сюда, даже несмотря на то, что срок им придется отбывать с бывшими «ментами».

Фку ик-13 (нижний тагил)

Федеральная служба исполнения наказаний – довольно молодая структура, которая была создана лишь в 2004–2005 годах.
Ранее ведомство относилось к МВД, а в советское время охрану режимных объектов несли даже солдаты-срочники.

Наличие 1 группы инвалидности, отсутствие обеих ног, частичный паралич тела, не позволяющий самостоятельно передвигаться, не являются уважительной причиной пропустить прием пищи в столовой, расположенной зачастую достаточно далеко от здания отряда. Таких осужденных могут переносить из жалости другие арестанты. Если же инвалид пропустит прием пищи, на него сотрудник колонии составит акт и его поместят в ШИЗО, несмотря на то, что эту категорию нельзя подвергать наказанию подобным образом.

Серьезно больных (открытая форма туберкулеза) отправляют в больницы при других колониях (например ОБ при ИК-2 г.

Екатеринбург). Больница обустроена по принципу СИЗО. Камеры превращены в палаты. На дверях решетки. Выводят из камер только на прогулку. В палатах содержатся вместе и больные с ВИЧ, и с открытой формой туберкулеза.

Какого-либо полноценного лечения заключенные там не получают. Формально они отбывают там какой-то положенный срок, за который должны излечиться, после чего их этапируют обратно в колонии.

Осужденный может заказать лекарства с воли, через передачу или посылку. На т.н. «посылочной» сотрудник отдела безопасности ИК передаст их на хранение в поликлинику ИУ.

Раньше в российских колониях были полноценные предприятия, имеющие статус юридического лица и своего директора.

Вместе с тем, в последующем, по всей видимости, чтобы лишить заключённых полноценной оплаты их труда, вместо предприятий были созданы ЦТАо, как подразделения в структуре самого учреждения.

В ИК-11 есть ряд производств (металлообработка, деревообработка, пищевое), но все они крайне не рентабельны из-за отсутствия современного оборудования и соответствующей квалификации у работников.

Сейчас уже крайне трудно найти квалифицированных рабочих среди заключённых, тем более среди бывших сотрудников правоохранительных органов.

Основная масса трудоустроенных заключённых задействована на сборке подарочных пакетов и индивидуальных рационов питания, работах, вообще не требующих какой-либо квалификации.

Колония совсем не вкладывает деньги в обновление оборудования, а лишь пытается привлекать к сотрудничеству тех заказчиков, которые согласны использовать для выпуска продукции на производственных площадях колонии исключительно своё оборудование.»

Работают ли осужденные?

Максим К.

Источник: http://itisk.ru/kolonii-dlya-byvshih-sotrudnikov-pravoohranitelnyh-organov-spisok

Шизо для своих

Ик для бывших сотрудников правоохранительных органов

Из жалобы Олеси Суляевой, сестры заключенного Владимира Мельникова ИК-5 Республики Мордовия, директору ФСИН РФ Геннадию Корниенко: «7 декабря 2016 г.

моего брата и его товарища Цыганова вызвали в кабинет к замполиту. В комнате находились Казин И.И, Шумкин, Шульгин, Зубарев, Столяров и другие сотрудники колонии. Замполит Шпартюк А.А. был рядом в соседней комнате.

Не выходил, но все слышал и не вмешивался.

Брата окружили и попытались ударить, но так как мой брат занимается спортом, ему чудом удалось вырваться в коридор и закричать, что его бьют.

Отрядники завели его обратно, туда же зашел и Цыганов и предложил им бить их вместе, но сказал, что об этом все будет известно в прокуратуре.

Владимир Мельников, 1984 г.р. Участник боевых действий во 2-й чеченской кампании. Осужден по ч. 2 ст. 228 УК РФ на 6 лет колонии строгого режима за незаконное хранение наркотических средств в крупном размере.

Данила Цыганов, 1983 г.р. До 2011 года работал следователем ОВД Советского района г. Астрахани. Уволился по состоянию здоровья из-за перенесенного инсульта. В 2012 году Приволжский районный суд Астраханской области приговорил Цыганова к 6 годам лишения свободы в колонии строгого режима по ч. 4 ст.166 за угон автомобиля без цели хищения с применением насилия.

Моему брату сотрудники колонии велели раздеться догола, он стоял перед ними голый, а они издевались над ним, угрожали, прекрасно понимая, что голый человек беззащитен и уязвим. Они говорили: «Зубки решили показать — обломаем»; «Организуем нападение на сотрудника — сгниете в СУС (строгие условия содержания)»; «Да нам плевать на вашу прокуратуру, мы все местные, и нас по-любому отмажут».

А начальник СУС Столяров сказал: «Я буду для вас папкой, будете у меня титьку сосать, а так как она у меня одна, то по очереди с Цыгановым».

Наталья Цыганова, мать заключенного ИК-5 Республики Мордовия Данилы Цыганова: «Это имеется в виду член, понимаете, про что он говорил?! После этого моему сыну дали 15 суток, а Мельникову — 10 суток ШИЗО.

Зачем сотрудники раздевают догола и трогают половые органы?! Это как издевательство. В раздевалке дают команду спустить штаны до колен. Это месть, это не связано с полным обыском. Когда полный обыск проводится, то все прощупывают — трусы, резинки, чтобы ничего не спрятали (сим-карты, наркотики).

А это просто — опустили штаны до колен, и контролер вокруг них вот так вот обходит. Прошел, посмотрел, потрогал, похихикал…

Я написала заявление начальнику Управления собственной безопасности ФСИН России Черскову о проверке ИК-5 по вопросу нетрадиционной ориентации сотрудников колонии, т.к.

последнее время комиссии проходят при обнаженной натуре заключенных, такие же голые проверки устраивают и в ШИЗО.

В ШИЗО их каждый день заставляли спускать штаны и стоять так в течение энного количества времени, пока дежурные рассматривают их половые органы, трогают и гогочут».

Данила Цыганов, районный следователь Астрахани И он же — заключенный ИК-5. Фото из семейного архива

Олеся Суляева, сестра заключенного ИК-5 Республики Мордовия Владимира Мельникова: «Мой брат звонил и мне говорил: пиши во все инстанции, потому что над нами здесь издеваются».

Из ответа замначальника УФСИН по Республике Мордовия С.В. Забайкина на жалобу Олеси Суляевой: «Сотрудники ИК-5 в своей деятельности придерживаются рамок, установленных требованиями уголовно-исполнительного законодательства РФ, соблюдая права осужденных на вежливое обращение со стороны персонала учреждения, не унижая их личного достоинства».

ИК-5 строгого режима Республики Мордовия (п. Леплей, Зубово-Полянский район) для осужденных бывших работников судов и правоохранительных органов. Рассчитана на 1087 заключенных, включая участок колонии-поселения на 10 человек. До 1954 года учреждение было особым лагерем для политзаключенных.

В ИК-5 есть цех деревообработки, швейное производство, кроме того, колония производит продукты питания (колбаса, сосиски, макаронные изделия). Уровень трудозанятости осужденных низкий. Более 60% трудоспособных осужденных не работают.

Колония для своих…

Из заявления Натальи Цыгановой начальнику Управления Собственной безопасности ФСИН России Черскову О.Л.: «Данная колония — это сплошные потоки денежных средств, где можно всё купить и продать.

Схема очень проста: дается номер телефона, и на него родственники осужденных перечисляют денежные средства.

За 3 года на что я только ни перечисляла денежные средства, но это были просьбы сына, хотя умом я понимала, что все это — элементарное воровство и способ обогащения, когда заключенных, а когда — сотрудников.

Чтобы положить деньги на телефон, его надо иметь. Телефоны поставляются в колонию регулярно: сим-карта стоит 800 рублей, телефоны сейчас от 7000 (раньше можно было купить и за 4000 рублей). Цена складывается из стоимости самого телефона плюс «ноги». У нужных людей телефоны есть всегда, иначе как проверить поступление денег?

Как любая мать, я, конечно, пыталась облегчить жизнь сына, но я пенсионерка, и не все траты мне по карману, к примеру: работа по состоянию здоровья моего сына стоила в 2014 г. 10 000 рублей плюс ежеквартально нужно было доплачивать. Таких денег у меня нет.

А вот деньги на ремонт и хозработы по требованию начальника отряда № 6 Казина И.И. я перечисляла регулярно, поскольку, как только сумма задерживалась, он начинал «давить» угрозами. Но в октябре 2016 г. мое терпение, как и деньги в связи с кризисом и постоянным ростом цен, закончились.

Я написала заявление в прокуратуру, в УФСИН Республики Мордовия, начальнику колонии, указала номера телефонов, на которые переводила деньги. Сын и еще один заключенный — Мельников В.В. — поддержали мою жалобу. В результате оба не выходят из ШИЗО.

Над ними постоянно издеваются, хотя знают, что у обоих заболевание головного мозга, обещают «сгноить» в СУСе (строгие условия содержания), организовать новое уголовное дело по нападению на сотрудников. Все это стало возможным с появлением нового начальника колонии — Аношина».

Из ответа начальника ФКУ ИК-5 Аношина А.В. Наталье Цыгановой: «За период отбытия наказания в ИК-5 к Цыганову Д.Б. физическая сила и специальные средства не применялись.

За период отбытия наказания в ИК-5 к Мельникову В.В. физическая сила и специальные средства не применялись.

Отношения между сотрудниками и осужденными ИК-5 строятся на основании уголовно-исполнительного законодательства РФ и правил внутреннего распорядка исправительного учреждения».

Наталья Цыганова, мать заключенного ИК-5 Республики Мордовия Данилы Цыганова: «Моего сына посадили в ШИЗО и не выпустили из-за моей жалобы директору ФСИН Корниенко на вымогательство денег. Нужно было переводить в колонию ежемесячный взнос — 200 рублей на ремонты.

Потом я написала большую жалобу на имя Черскова, начальника Управления собственной безопасности ФСИН России. Так они эту жалобу переслали в колонию.

Трофимов (заместитель начальника колонии) приходил к сыну: «Поговори с мамой, чтобы она прекратила писать». Сын на это сказал: «Пока я буду сидеть в ШИЗО, она будет писать».

Сына выпустили на неделю.

В 20-х числах февраля этого года начальник Аношин позвал сына и поставил условие: либо ты письменно отказываешься от всех своих показаний — либо будешь сидеть до окончания срока. Вот тебе 7 дней на обдумывание. Сын не отказался от показаний.

Я писала жалобу и на имя прокурора Дубравного района (где колония находится) по поводу вымогательства денег начальником воспитательного отряда колонии Казиным Иван Ивановичем. Это молодой парень, два года назад только училище закончил.

Когда он пришел и немножечко оперился, началась такая история: «Давайте сдавайте деньги. Это отряд, вам тут жить, тут нужен ремонт…» Завхоз давал номер телефона, и на этот номер телефона все перечисляли деньги. Ежемесячно 200 рублей.

В течение полутора лет я ежемесячно отдавала по 200 рублей. Копии с банка по переводу денег у меня есть.

Из заявления Натальи Цыгановой руководителю Следственного управления Следственного комитета РФ по Республике Мордовия полковнику юстиции Новаковскому Э.Ф.

: «Схема перечисления денег очень проста: дается номер, и на него стекаются деньги. Чаще всего был вот этот номер: 89875713402. Суммы от 200 до 400 рублей с разными «окончаниями» — 201 руб. или 403 руб.

, то есть для каждого заключенного было свое окончание, допустим 201, чтобы было понятно, кто заплатил, а кто нет. И тут уже шел прессинг».

Платежка на 401 рубль за июль 2016 Платежка на 201 рубль за 2016

Наталья Цыганова, мать заключенного ИК-5 Республики Мордовия Данилы Цыганова: «В отряде около 150 человек, все платят. Сейчас сбор денег идет на новый номер: 89879974879.

«Там у каждого своя тема для заработка»

Можно подписаться под тем, что написано в вашей статье про ИК-11 (См. «Новую газету», № 20 от 27.02.2017. — «Хозяин и его барыги».— Е.М.). Точно так же и в ИК-5. Это и питание, это и обеды, это и ремонты… Деньги идут огромные. Все завязано на телефонах и на деньгах.

В каждом отряде тоже есть барыги. Точно так же скупают лимит посылок, скупают передачи, точно так же там все это завозят, и в каждом отряде все продают втридорога. Кофе, который стоит 100 рублей, будет 300 рублей; рулет, который стоит 27 рублей, будет стоить 120 рублей.

Дальше точно так же и в столовой. Курица-гриль, сало, сосиски, яйца, то же самое продают.

Все делается для того, чтобы все покупали у барыг. Потому что магазин работает безобразно. Чтобы туда попасть, как в советские времена, нужно писаться чуть ли не с раннего утра. А те, кто работает, они как рабы, они вообще никуда не попадают. Когда заканчивают работать, магазин уже закрыт.

Да и в магазине нет ничего, магазин практически пустой. Ассортимента вообще никакого, редко-редко, когда какая-то молочка бывает. Но зато у барыг есть все, но втридорога. Поэтому в колонии воровство процветает только так, поскольку не у всех есть возможность переводить деньги.

Я своему сыну перевела на еду за 3 года больше 160 тысяч рублей.

По поводу диетического питания. У них в отряде умер от туберкулеза сиделец, рядом практически с сыном спал. Весь отряд в контакте был, их сначала весь отряд поставили на учет и дали диетическое питание. Каждый день они ходили и получали профилактические таблетки от туберкулеза. Потом сын и многие другие перестали их брать, потому что эти таблетки выдавали сами заключенные.

Руки грязные, еще что-нибудь подхватить можно. И их очень быстренько с этого диетпитания сняли. Но тут же предложили это же диетпитание получать уже за плату — 1 тысяча рублей в месяц. Ну я и платила, опять же переводила все на телефон. Кому переводились эти деньги? Ну как можно сказать, кому. Но вряд ли это было без ведома администрации. Квитанции о переводе денег у меня есть.

Что входило в это диетическое питание? Ну кусочек мяса чуть-чуть получше. Если давали макароны с половинкой сосиски, то здесь давали целую сосиску. И все, ничего особенного.

Отчет о платежах. «Цифра 6 в конце суммы платежа означает, что это заплатил мой сын» Там такое сращение между заключенными и сотрудниками! Там даже телефоны еще не «зашли», а уже слух пошел по колонии: должны «зайти» четыре телефона, фонарики — ага, стоит сколько, кому надо. Фонарики — это телефоны без интернета, обычные телефоны, которые стоят 900 рублей, а там по 7 тысяч продают.

Там паритет сохраняется: у каждого своя тема: одни — телефоны в колонию поставляют; другие — эти телефоны изымают и продают.

Ну если у всех в зоне есть телефоны, то значит, их покупать никто не будет. Поэтому каждый на чем-то делает деньги. Там у каждого своя тема для заработка. У кого-то столовая, хлеб пекут, пряники, коржики и продают.

Никого не интересует, есть у тебя вторая форма, нет у тебя второй формы… Я же помню, как мы сначала покупали материал, там ему потихонечку где-то открамсывали, потом синтепон, потому все это шили. Ботинки украли, значит, ботинки надо купить.

С воровством вообще там ужас! Но когда вещи крали, кальсоны и все остальное, ну я понимаю, что люди сидят и по 10 лет, и 15, и по 20 лет. И за это время, может быть, уже некому становится помогать. Поэтому выживают там все, как могут, всё кругом покупается, всё продается, всё перекупается.

Хочешь работать? Плати!

Наталья Цыганова, мать заключенного ИК-5 Республики Мордовия Данилы Цыганова: «То же самое и с работой. За работу тоже надо платить. Вначале сын пошел работать на свиноферму. Но ему тяжелые работы нельзя, у него же инсульт был. С фермы пошел в столярку. Вот в столярке он хорошо работал. Но 9—12-часовой рабочий день, зарплата: 18—22 рубля.

Ну а потом туда начали блатных всех присылать, которые не работали. И получилось так, что он один работал. Ну, он фыркнул, ушел, не стал за бугров работать. Ведь надо было еще ежеквартально платить буграм за эту работу. Но у меня таких денег нет. Поэтому он пошел на пилораму. Но ему там нельзя было работать. Из-за инсульта он иногда теряет равновесие.

Ну его качнуло… и под пилу, он чуть без пальца не остался. Так его даже не вывели с зоны. Там оказался врач рядом, он ему наживую зашивал палец, потом оказалось, что туда попала металлическая стружка… Всё по новой, вытаскивали эту стружку. И сейчас у него этот палец скрюченный. Потом он учился на столяра и на электрика. А теперь всё — из ШИЗО не вылезает.

С 15 ноября и по сей день…

В ноябре сын освобождается. В ноябре будет как раз 6 лет. А по УДО почему ему не удалось выйти? УДО там тоже стоит будь здоров, просто так никто не уходит. От 300 тысяч и выше УДО стоит.

А потом начальник отряда Казин моему сыну запретил подавать заявление на УДО, потому что 100% гарантии его прохождения нет. Казин сказал, что собирать и оформлять документы у него времени и желания нет.

Запрет на УДО звучал приблизительно так: «Подашь на УДО — отправишься в СУС». Ну ничего, нам еще немножко осталось…

Источник: https://novayagazeta.ru/articles/2017/04/25/72287-shizo-dlya-svoih

Вы – силовик и совершили преступление? Вот что вас ждет

Ик для бывших сотрудников правоохранительных органов
https://www.znak.com/2014-10-21/vy_silovik_i_sovershili_prestuplenie_vot_chto_vas_zhdet

2014.10.21

Урал – это не только промышленность, свердловский рок и суровая природа. Это еще и зоны: множество исправительных учреждений, раскинувшихся в бесконечных лесах к северу за сотни километров от Екатеринбурга, Челябинска, Тюмени. Znak.

com, уделяя особое внимание описанию уральской идентичности, не смог пройти мимо этой печальной области. Наш журналист отправилась в одну из самых известных колоний региона – тагильскую ИК-13, где сидят бывшие силовики.

Как живется в заключении бывшим майорам и генералам – в очерке Znak.com.

Массивные ворота с огромным гербом ФСИН России, КПП и широкая дорога к невысокому административному зданию. Так выглядит вход в одну из образцово-показательных свердловских зон – нижнетагильскую исправительную колонию №13.

История этого особого пенитенциарного учреждения начинается 5 августа 1957 года, когда лагерный пункт №3 лаготделения №5 Тагиллага НКВД был переименован и обрел свое современное название. В народе 13-ю колонию называют «Красная утка» (этимологию названия мне выяснить не удалось).

Известно, что ИК издавна считалась «красной зоной» – той, где всеми внутренними процессами управляет администрация, а не зеки. За более чем полвека существования колонии в ней пересидело множество высокопоставленных чинов всех мастей.

А сейчас здесь отбывают наказание исключительно бывшие силовики, военные, экс-работники ФСИН – всего порядка 2 тыс. человек.

«Красная утка» и «Красные петухи»

«Мы охраняем бывших коллег, – рассказывает начальник ИК-13 Владимир Непочатый. – Иногда даже и бывшие начальники попадаются. Например, одно время здесь сидел бывший начальник нижнетагильского СИЗО. Ничего страшного. Такая у нас работа».

Различных высокопоставленных деятелей в 13-й пересидело немало. Самым известным, конечно, является зять генсека Леонида Брежнева, Юрий Чурбанов.

Чурбанов был фигурантом громкого «хлопкового дела» об экономических и коррупционных преступлениях в Узбекской ССР. В 1988-м году он был осужден на 12 лет лишения свободы с конфискацией имущества.

Жена, Галина Брежнева, развелась с ним в 1991 году, а еще через два года Чурбанов освободился условно-досрочно.

Полковник Владимир Непочатый возглавляет ИК-12 с 2012 года. Ему приходится охранять и бывших генерал-майоров

Ветеран ФСИН Евгений Суворов, который проработал в ИК-13 22 года, вспоминает, что Чурбанов однажды косвенно чуть было не послужил причиной бунта в колонии, где в целом подобные случаи довольно редки.

Однажды в колонию на встречу с именитым заключенным приехал журналист Андрей Караулов. После беседы с Юрием Михайловичем ему удалось тайно вынести с зоны записки Чурбанова, которые затем были опубликованы в итальянской газете La Repubblica. Эти записки затем перепечатала московская газета «Труд».

Заголовок гласил: «Зять Брежнева Чурбанов – в зоне «’’Красных петухов’’».

В «тринадцатой» почти не действуют типичные «зоновские» понятия и законы. Силовики, даже отсидевшие более чем по 10 лет, не слишком подвержены криминальным правилам. Однако газетный заголовок, весть о котором каким-то образом добралась до контингента, оскорбил заключенных.

«Мне пришлось ехать в Москву, в редакцию «Труда», общаться с журналистом и объяснить ему, почему нельзя было называть нашу колонию «зоной ’’красных петухов’’». Корреспондентов удалось убедить. Потом они съездили в колонию и написали большой материал, в котором среди прочего содержались извинения за предыдущий заголовок.

Волнения среди заключенных удалось прекратить», – рассказывает Суворов.

Еще из советских функционеров «мотали срок» в 13-й бывший председатель горисполкома Сочи, ставший впоследствии первым всенародно избранным мэром этого города, Вячеслав Воронков, и один из заместителей министра Молдавской ССР по фамилии Вышку.

Как рассказывает Евгений Суворов, оба этих функционера сидели за злоупотребления, но их судьба на зоне сложилась по-разному. Воронков нашел применение своим организаторским талантам и умению ладить с людьми.

«Работал в активе, помогал в организации воспитательной работы, готовил материалы для радиогазеты, которую делали заключенные», – рассказывает ветеран. Молдавский чиновник Вышку, напротив, не смог «найти себя» в заключении.

«Авторитетом ни среди администрации, ни среди контингента не пользовался. С другими осужденными не смог наладить нормальных отношений. В общем, тяжело ему приходилось», – говорит Суворов.

Среди более современных экс-узников – бывший сотрудник ФСБ, а ныне адвокат Михаил Трепашкин. Он вынес из тагильской зоны самые неприятные впечатления. Еще будучи в колонии, он неоднократно заявлял о различных злоупотреблениях и нарушениях со стороны администрации исправительного учреждения.

Бывший заключенный ИК-13 Михаил Трепашкин – сейчас успешный адвокат. Фото – с его страницы в
Сейчас Трепашкин вспоминает, например, о СДП – секции дисциплины и порядка. По его словам, задумка создать такую секцию была хорошая, но администрация превратила этот отряд «в фабрику лжедоносов».

Кроме того, утверждает Трепашкин, члены СДП избивали неугодных по заданию администрации. «Когда я прибыл в ИК-13, некоторые зэки, отсидевшие по 10-12 лет, кучковавшиеся отдельно от других (так сказать, влиятельные «старики»), приглашали меня выпить с ними чифиря.

Я им отвечал стихами: «Чем с ворами чифирь пить – жижицу вонючую, лучше в СДП вступить – партию могучую!». В ответ слышал гогот. Все понимали шутку. СДП все очень не любили, в том числе и администрация. И сами СДПэшники ненавидели себя за то, что втянулись в эту грязную сеть», – говорит сейчас Михаил Иванович.

Надо сказать, что в настоящее время секция дисциплины и порядка уже не действует: расформирована.

Помимо вышеупомянутых персонажей в ИК сидели уральский олигарх Павел Федулев, адвокат и военный Дмитрий Якубовский, осужденный за кражу редких книг из библиотеки Санкт-Петербурга, бывший глава главного управления МЧС РФ по Свердловской области Василий Лахтюк, экс-руководитель Свердловской регистрационной палаты Виктор Шалдин, а также бывший начальник департамента контрольного управления президента РФ Андрей Воронин.

Быт и «социальные лифты»

Об условиях жизни в 13-й нам рассказывал и.о. заместителя начальника по кадрам и воспитательной работе, майор внутренней службы Ильяс Алиуллов. (Сам он работает в ИК уже 12 лет. Профессию, что называется, унаследовал: и мать, и сестра Ильяса тоже работали в 13-й колонии, и в школу милиции он попал по целевому набору от этого учреждения).

Ильяс Алиуллов знает о зоне все

Итак, если вы работали в силовых структурах, проштрафились и угодили на зону, то сначала вас помещают в карантин. Это отдельное здание, не выходя из которого осужденные проводят две недели. В период адаптации с ними работают психологи, а также проводится медицинское обследование.

В карантине

Так называемых «первоходков» и рецидивистов вместе не содержат. Для осужденных повторно существует отдельный отряд. Из карантина осужденных переводят в отряд обычного содержания.

По правилам внутреннего содержания заключенным в этом отряде положено четыре посылки и четыре свидания в год. Свидания бывают кратковременные, когда осужденный общается с родными, как в кино: через стеклянную перегородку при помощи телефона.

Также есть свидания длительные – продолжительностью до трех суток, они проходят в специальном корпусе, где есть несколько отдельных комнат – в них заключенные во время свидания живут вместе с родными.

В общем отряде заключенные ночуют в помещениях казарменного типа, в комнате воспитательной работы есть неплохой телевизор, несколько настольных игр, библиотечные книги.

Как рассказывает Алиуллов, за хорошее поведение, работу и прочее заключенного могут перевести в отряд с облегченными условиями содержания. Это здание больше похоже на общежитие, чем на тюремное учреждение. Паркет, приятного цвета обои. Жилые комнаты – на четырех человек. В часы отдыха заключенные могут поиграть в бильярд или посетить оранжерею: там живут попугайчики и черепашка Мотя.

При облегченных условиях число посылок и свидания увеличиваются до шести.

Если верить большому плакату в зоне, то за «облегченными» условиями следуют условия «адаптационные», но наш сопровождающий затруднился пояснить, что это значит.

Если заключенный продолжает оставаться прилежным и добропорядочным, то далее его могут перевести в колонию-поселение. Венчает местный «социальный лифт» условно-досрочное освобождение.

Система предусматривает не только подъем вверх, но и падение вниз: за систематические нарушения правил осужденного могут перевести в отряд строгого содержания. Для этого отряда отведена специальная небольшая территория, то есть осужденные ограничены в передвижении.

Кроме того, число посылок и свиданий сокращается. В «строгий» отряд отправляются и те зеки, которые пытались бежать. Бегут в основном из колонии-поселения. Но были попытки уйти и с зоны общего режима.

Так, со слов ветеранов, однажды несколько осужденных сбежали через подземные коммуникации. Этот побег был успешным, кажется, этих зеков до сих пор не нашли.

Сравнительно недавно была попытка сбежать с использованием автотранспорта: заключенный зацепился за днище грузовика и таким образом хотел выехать за территорию, сделать это ему не удалось.

Едят все обитатели ИК в общей столовой. «Заведующим» или дневальным в ней работает бывший опер убойного отдела Федор, которого осудили за мошенничество на пять лет. Федор контролирует процесс приготовления пищи, которую готовят сами заключенные. Как заведено во всех зонах, вилок в колонии нет.

Ложка у каждого зека – своя, персональная. Федор говорит, что в процессе готовки учитываются даже религиозные особенности контингента: при выборе мяса предпочтение стараются отдавать говядине, чтобы не травмировать мусульман.

Те, в свою очередь, стараются не подходить излишне строго к запрету на свинину.

В колонии действуют два учебных заведения. Это средняя школа, где осужденные до 35 лет, не закончившие школу на воле, учатся в обязательном порядке, а заключенные в возрасте после 35-ти – в добровольном. За порядком в школе следит Владимир Дмитриевич – по виду весьма интеллигентный человек. «Мошенник я», –отрекомендовался этот дневальный при знакомстве.

В прошлом генерал-майор Владимир Дмитриевич работал в Москве в Минюсте. Из шестилетнего срока за мошенничество он пока отбыл только год. По словам Владимира Дмитриевича, ученики-зеки так же, как и обычные учащиеся, по окончании школы сдают ЕГЭ. В прошлом году школу успешно окончили 5 человек.

Также при колонии действует ПТУ, где идет обучение по пяти специальностям: электросварщик, автослесарь, электромонтер, токарь, крановщик.

Производство

Сразу после основания колонии, в 1957-м году, основным производством учреждения было литейное. Кроме того, силами заключенных выпускались кровати, санитарные носилки, железные бочки. Затем «Красная утка» освоила производство водозапорной арматуры, потом начали делать картофелечистки, лотковые вагонетки и т.д.

Начальник производственной части Александр Кузнецов работает в колонии уже 21 год. Рассказывают, что заключенные его уважают. Между собой называют его просто – «Человек»

Сейчас производственный спектр не столь обширен. Наиболее мощный цех – швейный.

Здесь работают 180 человек, но в скором времени количество сотрудников на этой мини-фабрике планируют увеличить до 500 человек. В швейном цехе делается рабочая одежда по контракту с гражданской фирмой. Каждые десять дней с воли приходит машина, чтобы забрать очередную партию. За работу зеки получают зарплату, сдельную.

Так, бригадир участка – бывший гаишник Станислав, осужденный «за наркотики» – получает 5 тыс. рублей в месяц. Деньги переводятся на его персональный лицевой счет.

Среди других цехов, связанных с более или менее квалифицированным трудом, – кузнечный, где изготавливаются ограды для заборов, декоративные решетки, сетки для кроватей и прочее. Кроме того, на токарных станках в ИК вытачивают детали, используемые, в частности, при производстве полувагонов на УВЗ. Помимо этого, заключенные заняты измельчением резины и производством гранул из полиэтилена.

По словам начальника производственной части Александра Кузнецова, работа у сидельцев организована строго по КЗОТу. Рабочий день – 8 часов, работают по сменам. Есть у заключенных даже отпуска.

«Существует специальный «отпускной» отряд. Там тоже несколько облегченный режим.

Например, отпускники встают и ложатся вместе с другими заключенными, но в течение дня тоже могут прилечь отдохнуть», – рассказывает Ильяс Алиуллов.

Из всего контингента зеков трудоустроить удается только половину. Остальные заключенные заняты на подсобных хозяйственных работах. Например, на уборке снега. Надо сказать, что убранный снег не вывозят за территорию колонии, а растапливают в специальной печи. Во время нашей экскурсии на розжиг этой печи в числе прочего отправилась груда книг, списанных из библиотеки.

Благодарим ГУ ФСИН по Свердловской области за помощь в подготовке материала.

Хочешь, чтобы в стране были независимые СМИ? Поддержи Znak.com

Источник: https://www.znak.com/2014-10-21/vy_silovik_i_sovershili_prestuplenie_vot_chto_vas_zhdet

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.